Добро пожаловать в Красноярский научный центр!

Центр объединяет 7 научных учреждений и организаций, имеет мощную исследовательскую базу и ведет работы по наиболее приоритетным направлениям российской науки. Мы будем рады возможному сотрудничеству с организациями и частными лицами в интересующих нас областях науки и техники.

Председатель Президиума Красноярского научного центра,
академик РАН Василий Филиппович Шабанов

Последние новости

23/09/2016

Не остаться бы без леса!

В Красноярске в Институте леса имени академика В.Н. Сукачева проходит Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием «Интенсификация лесного хозяйства России: проблемы и инновационные пути решения». Весьма своевременно! Лесная отрасль в сфере восстановления и охраны, говоря канцелярским языком, «возобновляемого ресурса» в нашей стране запущена после всех реорганизаций и фактического уничтожения лесничеств. Мой собеседник – директор Института леса СО РАН А.А. Онучин.

— Александр Александрович, почему именно Красноярск, ваш Институт выбран для проведения такой масштабной конференции?

— Наш Институт – крупнейший институт лесного профиля в России. У нас работает 40 докторов и 90 кандидатов наук! А Сибирь и Красноярский край являются регионами, богатыми лесными ресурсами. Но современная модель использования этих ресурсов в нашей стране является экстенсивной. Она привела к существенным негативным изменениям как в структуре лесного фонда, так и в качестве древесного сырья.

— Что это такое – «экстенсивная модель»?

— Она основана на вовлечение в хозяйственный оборот больших площадей вновь осваиваемых лесов. То есть рубятся девственные леса, которые раньше не вырубались. Вырубили одни участки – лесозаготовители переходят на другие. А вырубленные территории, которые отличаются хорошим лесорастительным потенциалом, лесорастительными условиями и находятся вблизи транспортных магистралей, зарастают, как правило, низкотоварной древесно-кустарниковой растительностью, либо бурьяном. Малая часть из них возобновляется качественным сырьем, востребованным предприятиями лесной отрасли. По нашим оценкам в России вырубаемые запасы хвойных спелых и перестойных древостоев восстанавливается только на одну треть таким же качественным древостоем. Если в год мы вырубаем 200 миллионов кубометров древесины, то восстановление происходит только на 60 миллионов. Это и есть экстенсивная модель. Чем она еще опасна? Не только тем, что мы вырубаем большие площади, но тем, что мы сейчас идем на участки леса в северные районы. В Эвенкии есть леса привлекательные для лесозаготовителей, где можно добывать по 250 кубометров качественной древесины с гектара. Если в лучших лесорастительных условиях – лесостепная зона, южная тайга – леса при поддержке необходимых процессов (посадки, уход) восстанавливаются за 70 лет и мы сможем опять приходить за древесиной, то в Эвенкии процесс займет 250 лет – не меньше. Потому экстенсивная модель – тупиковая. Все страны в мире ее уже прошли. И там сейчас готовят древесину к вырубке либо на территориях вторичного освоения – второй, третий раз они туда приходят. А 30 процентов древесины в мире заготавливаются на лесных плантациях. Там древесина выращивается – и снимается урожай. Где-то оборот рубки, например, на целлюлозу, составляет 7-12 лет, где-то – больше. У нас в лучших лесорастительных условиях, если говорить о сосне, оборот рубки может быть 70-80 лет. Но при должном уходе его можно сократить.

— А как, с какой скоростью сейчас растут леса в России?

— Средний прирост в стране сейчас 1,3 кубометра в год. В лучших лесорастительных условиях здесь, в Сибири, мы получаем по 10 кубометров с гектара. Но – там, где леса вырублены и площади пустуют или заняты низкотоварными древесно-кустарниковыми растениями – конечно, такого прироста не получим. А если целевую породу получать – то и 10 кубометров в год – не предел. Если выращивать на целлюлозу тополь – мы можем получать по 30 кубометров. Этим проблемам и посвящена наша конференция. Все понимают, что нам грозит в скором времени дефицит качественного сырья, поэтому надо что-то делать. Нам качественной древесины хватит на 25 лет. Если мы не предпримем никаких действий.

— Что же делать?

— Если человек вырубил лес – надо приложить некоторые усилия для его восстановления в том виде, в котором он может быть повторно использован. Этого у нас сейчас не делается. Надо обозначить пути решения этой проблемы. Я все в меньшей степени становлюсь оптимистом – больше пессимистом, даже не реалистом. Но, тем не менее, какие-то плюсы для развития лесной науки и улучшения состояния лесной отрасли в целом, наша конференция может дать. У нас ведутся переговоры, мы послушали доклады зарубежных коллег из Финляндии, где уже давно ведется интенсивное лесное хозяйство. Они механизм лесовосстановления запустили еще в 50-е годы и успешно его реализуют.

— Ну что ж, Александр Александрович, думаю, что после подведения итогов конференции мы более подробно расскажем нашим читателям о том, какие пути решения проблем российской лесной отрасли вы наметили на этой конференции. Думаю, что действия ученых не позволят нашим внукам остаться без лесов в нашей лесной стране.

Сергей ЧУРИЛОВ, пресс-служба ФИЦ КНЦ СО РАН.

institut-lesa-krasivyjj a-a-onuchin

Фото автора.

 

09/09/2016

Вниманию экспертов!

Дополнительный набор экспертов в Экспертный совет Красноярского Краевого фонда науки. Информация размещена здесь:

http://rsci.ru/grants/grant_news/284/239503.php

09/09/2016

Победители названы

Фонд содействия инновациям (Фонд Бортника) опубликовал список победителей конкурсного отбора проектов по программам «Умник», «Кооперация» и «Старт». Среди них есть и наши земляки – немало! Чтобы получить информацию – пройдите по ссылке:

http://rsci.ru/grants/grant_news/284/239509.php

Ну, а кто еще не участвовал – попробуйте свои силы. Фонд достаточно престижный.

Пресс-служба.